onb2017 (onb2017) wrote,
onb2017
onb2017

Category:

Жить счастливо до 150 лет или выживать изо дня в день среди дешевого хлама, пока не придет конец?

Мне наконец пришла в голову хорошая мысля — как водится, опосля! А что если взять и в самом конце сделать первым постом публикацию, объясняющую суть марксистской теории классов?!


Дабы расставить точки над i — практически в каждой моей статье здесь говорится о неразрешимых и вполне очевидных противоречиях капиталистического способа производства, а основные положения и определения классовой теории я приводила не всегда, ошибочно предположив, что они уже известны той аудитории, которую я как-то завлекла в свои коварные сети.


Да, настало время, хоть и запоздало, объяснить наконец, что это за такие производительные силы и производственные отношения, которые в совокупности представляют две стороны самой важной движущей силы исторического процесса — того самого способа производства.

Какое-то время история была далека от науки и представляла из себя сборник рассказов о важных событиях, произошедших в то или иное время в жизни разных народов. Само слово “история” берет начало в древней Греции и означает именно это— “рассказ”.

Рассказы о подвигах героев, божественные жертвоприношения, родословные правящих родов, стремящихся доказать свою причастность к небожителям, легенды о происхождении, списки должностных лиц— вот из чего состояла эта история. Она была приправлена такого рода фантазиями и преувеличениями по милости своих составителей, что сейчас довольно трудно отличить истинные причины важных событий— сражения между народами, в изложении ранних авторов, могли случиться лишь потому, что какого-нибудь полководца угораздило увлечься прекрасной девой, хотя на самом деле поводом для войны послужила необходимость захвата рабов для обработки пашен и ухода за скотом. Однако даже такие наивные и разрозненные заметки дают современным историкам ценные представления об укладе жизни народов, населявших Землю тысячи лет назад.

История как наука начала зарождаться, когда мыслители стали сознательно разграничивать правду и вымысел. Тогда же они попытались установить причины тех или иных явлений. Конечно, в самом начале такие попытки были неуверенными и соответствующими тогдашним представлениям о текущем мироустройстве. Например, один из первых древнегреческих историков — Геродот, живший более 2,5 тыс лет назад, описывая историю греко-персидских войн, хотел выявить причины, породившие вражду, и докопался! Причиной войн, по его мнению, стали происки богов, которые поставили зарвавшихся персов на место, после того как они посмели чрезмерно возвыситься и зазнаться…[1]

Большой шаг вперед сделал крупный историк древности, грек Фукидид, живший в V веке до н.э. Описывая войну между Афинами и Спартой, он отверг мысль о том, что действиями людей управляют боги. Главной причиной человеческих поступков он считал их собственные интересы.

В поисках движущих сил исторического процесса Фукидид пытался выяснить, какое значение для развития древнегреческих государств имели такие факторы, как близость к морю, возможность перевозить товары, состояние хозяйств сторон, борьба между различными слоями населения и тд. В результате он заключил, что чрезвычайное усиление могущества Афин наносило ущерб различным интересам— как политическим, так и экономическим— государств Пелопоннесского полуострова во главе со Спартой.[2]

Три века спустя грек Полибий тоже попытался выяснить, какие причины привели к тому, что могущество Греции было сокрушено, и почему Рим смог подчинить своей власти целый ряд государств. Изучив историю развития Греции и других государств, попавших под владычество Рима, Полибий пришел к выводу, что в исторических событиях существует определенная закономерность, выражающаяся в том, что ход развития многих народов имеет общие черты. Например, то, что и греки, и римляне одно время жили и трудились сообща. Затем произошло деление на землепашцев и воинов, ремесленников и торговцев, богатых и бедных, рабовладельцев и рабов.

У греков это произошло раньше, чем у римлян, а у римлян — раньше, чем у северных народов Европы. У одних это происходило быстрее, у других медленнее, у каждого развитие имело много особенностей и неповторимых частностей, однако общий ход исторического движения был очень близким.

Еще одно важное открытие, которое сделал Полибий: он считал, что ход исторических событий зависит не от воли той или иной личности — полководца, государственного деятеля, ученого и тд., хотя роль этих личностей, по его мнению, огромна, а совершается согласно определенному порядку хода истории всего человечества. Полибий считал, что над переменами, происходящими в жизни людей, царит некий общий закон, открытие которого позволило бы понимать не только причины событий прошлого, но и получить возможность предвидеть грядущий ход событий.[3]

Этот закон развития человеческого общества был впоследствии открыт Карлом Марксом и Фридрихом Энгельсом, которые представили в подлинном свете весь путь человечества, пройденный людьми за много столетий. Я сейчас постараюсь вкратце объяснить основные этапы развития истории человеческого общества, выделив при этом общие закономерности, позволяющие считать классовую теорию по-настоящему научной теорией. Напомню, что в современной науке принято считать научной ту теорию, в основу которой положены данные наблюдений или экспериментов, позволяющие выделить периодически повторяющиеся закономерности, выявленные в результате рассмотрения и критического анализа фактов и явлений. [4]

Итак, начнем с самого начала развития человеческого общества. Мысленно перенесемся в прошлое— на несколько сотен тысяч лет назад. Первая эпоха человечества— первобытно-общинный строй: наши предки тогда были дикарями, которые оказались практически беспомощными перед опасностями окружающей стихии. Они нуждались в жилище, очаге и пище — абсолютно необходимых средствах для поддержания своего существования.

Первобытные люди стали целенаправленно изготавливать и  использовать примитивные орудия труда — из камня, палок и костей погибших зверей —  для обеспечения себя пищей и кровом, в отличие от животных, которые в основном применяют то, чем их наделила природа, либо же делают это спонтанно и бессознательно. Благодаря орудиям труда первобытный человек смог раздобыть огонь и смастерить  стильную одежду и обувь. Таким образом, топоры, кремни, иглы, копья и все прочие приспособления, изготавливаемые первобытными людьми для поддержания жизни, следует считать первыми орудиями производства.

Как видно, уже в самом начале развития человеческого общества люди производили материальные блага при помощи орудий производства— вместе они представляют из себя производительные силы общества. Тем не менее жизнь первобытного человека была очень трудной. Одному человеку было не под силу противостоять силам природы, поэтому люди жили и обеспечивали себя всем необходимым сообща: кто-то поддерживал огонь в очаге, пока другие собирали плоды или охотились. В процессе совместного труда у людей установились определенные отношения, получившие название производственных отношений. [5]

В данном случае первая форма производственных отношений была формой равного сотрудничества: никто не работал на кого-то, все трудились сообща и вносили посильный вклад. Соответственно, всё, чем располагали люди в то время, было общим, — отсюда “община” и “общинный строй”. Другие производственные отношения были просто невозможны в то время—из-за крайне несовершенных орудий и отсутствия производственных навыков.

Уже на этом этапе можно проследить справедливость закона, открытого Марксом и Энгельсом, — способ производства материальных благ, существующий в данном обществе, определяет весь характер этого общества. [6]

Однако даже дикие люди не могли долго довольствоваться самым малым— шли годы, века, тысячелетия, и в жизни людей постепенно накапливались различного рода изменения: усовершенствование орудий труда, навыков и сноровки. Люди научились добывать металлы и приручать животных— теперь они могли заняться земледелием и перейти к оседлому образу жизни. Вместе с этим начал меняться весь уклад жизни.

В первобытном обществе не было частной собственности на средства производства, за редким исключением тех орудий, которые одновременно служили человеку оружием защиты от хищных зверей. Стало быть, в этом обществе не было эксплуатации и не было разделения на классы. Во главе первобытной общины или семьи обычно стоял старейший в роде мужчина, обладавший наибольшим жизненным опытом.

Когда же орудия труда усовершенствовались и общины перешли к оседлому образу жизни и занялись земледелием, то жить стало немного легче и появились излишки. Старейшины рода постепенно расширяли свои полномочия и власть— они уже не распределяли скудную добычу между всеми членами общины, а могли позволить наградить себя за риск лучшим участком земли и поголовьем скота и возвыситься над соплеменниками.

В это же время появились различные ремесла, которые позволили увеличить производительность труда и накопить излишки продуктов. Теперь старейшины могли заняться обменом этих продуктов на другие предметы, производимые другими племенами. Так возникла торговля— как между родами, так и между отдельными людьми— и исчезло равенство. Появились первые успешные и неудачники. Общая собственность на все предметы исчезла, уступив место частной собственности на орудия производства, землю, скот и ...на людей. На смену первобытного строя пришел рабовладельческий.

В первобытные времена если между родами и случались конфликты и столкновения, то пленников приходилось пускать в расход, ибо лишний нахлебник представлял из себя сомнительную ценность в условиях ограниченных средств к жизни. Ситуация изменилась с появлением излишков. Ведь теперь пленника можно было заставить трудиться на завоевателя. Старейшины и военачальники рода стали забирать пленных в свою собственность и обращать их в рабов. Бывали случаи, что и обедневшие неудачники из своего племени становились рабами старейшин.

Некогда единое общество раскололось: появились угнетенные и угнетатели, эксплуатируемые и эксплуататоры — те самые классы. [7] Это означало, что в результате изобретения новых орудий производства и накопления производственного опыта, то есть в результате изменения производительных сил, люди вступили в новые производственные отношения. А поскольку изменился способ производства, то произошла смена исторической эпохи и всего общества.

Применение совершенных металлических орудий труда привело к установлению отношений господства и подчинения. Исследовав две эпохи, мы уже можем вполне убедиться, что вывод марксистской науки, которую развили и применили на практике В.И. Ленин и И.В.Сталин, выражается в том, что характер того или иного общественного строя определяется способом производства,— тем способом, которым люди производят средства существования,—и изменение способа производства неизбежно влечет за собой изменение общественного строя, а вместе с ним и общественных идей, политических взглядов, учреждений и тд.

Необходимо также отметить, что изменение общественного строя можно считать движением вперед, даже при том что рабовладение представляет из себя абсолютно отвратительное явление. Однако с точки зрения марксизма к оценке исторических явлений нужно подходить так, чтобы рассматривать их не изолированно, а в общей связи. Разумеется, в наше время превращение людей в рабов— дикость и варварство, тем не менее несколько тысяч лет назад это явление было прогрессивным, даже с учетом всех отрицательных сторон.

Этот исторический шаг вперед был выгоден даже самой угнетенной стороне— рабам, ведь до этого их убивали. Он был выгоден и обществу в целом: при низком развитии техники лишь представители господствующего класса могли позволить себе все необходимое без постоянного участия в производстве. Стало быть, у некоторых людей появилась возможность для развития культуры и науки. Вспомним выдающихся философов, математиков, скульпторов и других деятелей культуры рабовладельческой Греции. Например, Пифагора, Эвклида, Аристотеля, Демокрита и тд., которые смогли творить благодаря возможности быть освобожденными от тяжелого физического труда.

Однако продолжим рассматривать изменение производственных отношений и смену эпох. Шли века, и в недрах рабовладельческого строя накапливались свои изменения, неизбежно приводившие его в упадок, подобно предшествующему строю. Во-первых, с появлением классов, появилась и борьба между ними. В данном случае это была борьба рабов против рабовладельцев. Рабовладельцы не убивали пленников, как в первобытные времена, но в то же время они распоряжались ими как вещью: могли избить, продать или в конце концов тоже убить. У рабов не было никаких прав и даже элементарной собственности.

Таким образом, борьба против такого положения стала еще одной движущей силой истории. И теперь она вместе со способом производства, который в начале эпохи рабовладения был прогрессивным, а потом превратился в тормоз, стала помогать тому, что этот строй начал изживать сам себя.

Во-вторых, использование труда рабов стало невыгодным: в распоряжение ремесленников и свободных землевладельцев появились более усовершенствованные орудия производства, по сравнению с которыми труд рабов отличался крайне низкой производительностью. Помимо этого содержание рабов требовало немалых затрат, в то время как они не желали трудиться и сопротивлялись бесчеловечному отношению. Это приводило к значительному экономическому ущербу и убыткам.

Всё это означало, что произошло нарушение соответствия между производительными силами и производственными отношениями — усовершенствование техники стало несовместимым с использованием низкопроизводительного труда несвободных рабов. Иными словами, производительные силы выросли, а отношения остались прежними. Это привело к тому, что они стали тормозить дальнейшее развитие.

Это постепенно способствовало тому, что крупные рабовладельцы начали дробить свои имения и сдавать их в пользование сельской и городской бедноте, а иногда и рабам, делая их полусвободными. За пользование землей эти люди должны были отдавать часть урожая, либо платить деньгами. С них же взимали налоги в пользу государства.  Очень часто бедные неудачники становились должниками и были до смерти привязаны к наделу господ.

Так появились земледельцы, образовавшие новую группу зависимой рабочей силы,— крепостные  крестьяне. Они постепенно вытеснили в хозяйстве рабов, а рабовладельцы превратились, таким образом, в феодалов-помещиков. В этот раз в недрах рабовладельческого строя, незаметно для каждого отдельно взятого индивида и независимо от их воли, начал складываться новый способ производства отличный от предшествующего— рабовладельческого. Окончательная отмена рабовладельческая строя произошла в результате восстаний самих рабов. На смену этого строя пришел феодальный.

Феодальная эпоха длилась ряд веков. Теперь классом эксплуататоров выступали феодалы, эксплуатировавшие зависимых крестьян. И снова феодальный строй был шагом вперед по сравнению с рабовладельческим: феодал уже не располагал абсолютной властью над крестьянами— во всяком случае он не имел права убить крепостного, а тот в свою очередь был более заинтересован в труде, так как обладал личной собственностью и средствами труда, позволяющими ему распоряжаться частью урожая, оставшейся после расплаты с господином.

Получается, что на первых порах производственные отношения, сложившиеся между феодалами и зависимыми крестьянами, находились в соответствии с развитием производительных сил и способствовали дальнейшему развитию. Однако именно это развитие привело к тому, что примерно с XV века внутри феодального строя начинают зарождаться ростки нового. Всё это произошло благодаря колоссальному сдвигу в развитии орудий производства— на смену ручному труду пришла машинная техника.

Производственные отношения, сложившиеся при феодальном строе, стали тормозить дальнейшее развитие производительных сил: новый способ производства не мог свободно развиваться при том, что зависимые крестьяне были привязаны к своим хозяевам. Заводам и фабрикам требовались рабочие руки, которые не находились бы в пожизненной зависимости от землевладельцев. В результате в XVII веке вспыхнул ряд буржуазных революций, а к середине XIX века новый капиталистический строй утвердил свое господство в подавляющем большинстве стран.

Казалось, что с этих пор капиталистической способ производства может существовать вечно— ведь благодаря ему появились развитые механизированные предприятия, сменившие мануфактуры и дворянские поместья, обрабатываемые примитивными орудиями труда. Получила толчок к развитию и наука и техника, обслуживающие капиталистическое производство. Это, в свою очередь, привело к появлению выдающихся произведений культуры и искусства.

Но нет, капиталистической строй тоже не вечен и должен неизбежно пасть из-за накапливающихся в его лоне противоречий. У него есть “невидимая рука”, есть “лицо”, в котором многие видят нечто человеческое— наверное, они просто видят его издалека, а еще есть чрево, где накапливаются изменения, которые в какой-то момент станут несовместимыми со сложившимися в обществе производственными отношениями.

Мы уже установили, что все последующие после первобытного строя эпохи характеризовались общей чертой: люди совместно совершенствовали и употребляли изобретенные ими орудия труда, развивали хозяйство, вносили вклад в развитие науки и культуры, а богатства присваивала лишь небольшая часть успешных эксплуататоров. Поначалу это было несправедливо, но закономерно. Низкий уровень развития техники при рабовладении и феодализме не позволял обеспечить всех даже самым необходимым, и производимых благ было недостаточно, чтобы в полной мере удовлетворить потребности каждого члена общества.

При капитализме же производительные силы достигли такого развития, что сотни тысяч заводов и фабрик и механизированные сельскохозяйственные предприятия производят такое количество товаров и продуктов, которое способно удовлетворить нужды даже более значительного количества людей, чем тех, кто в настоящее время населяет нашу планету... Могло бы удовлетворить сверх насущных потребностей, если бы не капиталисты, присваивающие по старинке продукты общественного производства в частную собственность. Это опять означает, что производственные отношения вступили в противоречие с развитием производительных сил. И мы уже видели на примере других эпох, что как только производственные отношения становятся тормозом для развивающихся производительных сил, общественный строй обречен на неминуемую гибель.

История движется в направлении к новому строю, при котором производственные отношения будет находится в полном соответствии с производительными силами, обеспечивая им возможность для мощного развития с целью дальнейшего удовлетворения всех самых диких мечтаний нужд и потребностей общества.

Капитализм, говоря словами И.В. Сталина, “развив до колоссальных пределов производительные силы,... запутался в неразрешимых противоречиях”. [8] С одной стороны, при капиталистах общество производит все больше и больше товаров. А с другой стороны, они разоряют мелких и средних частных собственников и тем самым лишают их возможность покупать товары. Капиталисты, владея предприятиями по производству, собирают на них миллионы рабочих, совместно создающих все блага,— знатные работодатели! — но при этом они пользуются тем, что являются владельцами средств производства и присваивают себе большую часть той стоимости, которая воплощена в произведенных предметах благодаря труду работников. И они, так же как разоренные мелкие собственники, не могут позволить себе то, что сами же совместно произвели.

Результатом этих несоответствий являются экономические кризисы, когда произведенные товары не находят сбыта, так как разоренные массы населения не в состоянии их покупать, и когда капиталисты, чтобы избавиться от излишков товаров, уничтожают их, при том что миллионы населения испытывают голод, холод и нужду— опять как в стародавние времена. Это и значит, что производственные отношения перестали соответствовать состоянию производительных сил общества и вступили в непримиримое противоречие с ними.

Итак, ход исторического развития неминуемо ведет к установлению социалистического строя, являющегося первой ступенью коммунистического общества. Это единственная система общественных отношений, дающая возможность навсегда уничтожить разделение общества на классы— на эксплуататоров и эксплуатируемых. При ней не будет собственников средств производства и наемных работников или тех, кто владеет дорогими недвижимостями, яхтами, космическими кораблями и экзотическими животными рядом с теми, кто изо дня в день перебивается крохами и дешевыми безделушками, зарабатывая на жалкое существование, при котором развлечением служит яркая реклама, призывающая участвовать в бойком товарообмене ради еще большего обогащения собственников.

При уничтожении классов производительные силы общества и, в первую очередь, творческие силы человека получат бесконечный простор для всестороннего развития. При коммунизме борьба классов уступает место борьбе человеческого общества с природной стихией— для бережного и рационального подчинения величественных сил природы интересам общества.  Я уже не раз писала об огромном потенциале, заложенном в самом человеке, который при благоприятных условиях мог бы счастливо жить и процветать по меньшей мере до 150 лет. При капиталистическом способе производства продолжительность жизни в последнее время не только не растет, но и стремительно падает.[9]

Наконец, еще одна важная особенность развития истории: на протяжении веков во главе крупных исторических событий стояли отдельные выдающиеся личности. Им приписывали решающую роль в ходе истории. Но марксистско-ленинская историческая наука показала, что это не так. Это, однако, не значит, что великие люди не играют никакой роли в истории. Они всегда были и есть, но они только тогда становятся великими, когда понимают то новое, что развивалось в недрах существующего строя. И не только понимают, но и борются за это новое, выдвигая идеи, которые помогали бы этому новому развиться быстрее.

Наверное, каждый может хотя бы постараться понять ход развития исторических событий в обществе и, по крайней мере, не препятствовать неизбежному. А еще лучше — помочь, пока противоречия не привели к гибели человечества. Мы сейчас находимся на грани, когда существование счастливого общества объективно возможно. Представьте, что угнетенным в предыдущие эпохи— рабам и крепостным— счастливое будущее не светило ни при каких обстоятельствах. Самое большее, на что они рассчитывали,— небольшие улучшения жизни, но даже они не мирились со своим положением.

Первобытные люди были равными, но из-за низкого развития производительных сил перебивались малым и жили недолгую и трудную жизнь. Нам же выпала возможность привести в соответствие бурное развитие производства и использование его благ для полного удовлетворения потребностей каждого, что в свою очередь, как видно на примерах ранних эпох, должно открыть безграничный потенциал для творчества и счастливой жизни.

1.files.romanroadsstatic.com/materials/herodotus.pdf

2.librebook.me/history_of_the_peloponnesian_war/vol1/1

3.ancientrome.ru/antlitr/polybios/index.htm

4.sciencecouncil.org/about-science/our-definition-of-science/

5.Ленин В. И. Карл Маркс. — Соч. т. 26

6.Энгельс, Ф. Анти-Дюринг. —  Соч., 2-е изд., т. 20

7.Ленин В. И. Великий почин. —  ПСС, т. 39, с. 15

8.Сталин И. В. Краткий курс истории ВКП(б). —  Издание 1938,  стр.36

9.aqli.epic.uchicago.edu/

PS: Комментарии я оставлю открытыми на некоторое время— вдруг кому-то одиноко и грустно в этом мире противоречий, да еще приходится сталкиваться с обывателями, которые считают, что всем управляет бог или выдающиеся Президенты, а теперешнее мироустройство будет вечным и непоколебимым. Приглашаю всех заинтересованных к ознакомлению с ранее опубликованными здесь статьями, в которых приводятся практические примеры описанных несоответствий, и еще раз благодарю всех, кто оказывал поддержку.

Tags: vfhrcbpvgjhy, исторический материализм, основы марксизма
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 220 comments
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →