onb2017 (onb2017) wrote,
onb2017
onb2017

Categories:

Вороватые и нетрезвые боги, которых заменили на одного...или на троих

Решила записать этот материал главным образом для себя, потому что с его помощью можно объяснить многие странности, связанные с темой всего божественного…




Для начала обращусь к  мифу— одному из многочисленных мифов, рассказанных древними греками. Давным давно правил землей и небом могущественный царь титанов Кронос— когда-то он оскопил и низверг своего отца Урана, чтобы получить трон, а теперь боялся, что его отпрыски поступят с ним так же. Поэтому всех чад, которых рожала его жена Рея, он проглатывал![1]


Рея покорно приносила Кроносу новорожденных, а он раз за разом методично съедал их. Таким манером в его нутре оказались самые маститые граждане будущего Олимпа: Гестия, Деметра, Гера, Аид и Посейдон. Наконец богиня-мать додумалась спасти очередного новорожденного—Зевса: вместо младенца она завернула в пеленку камень и подсунула его Кроносу. Тот проглотил камень и ничего не заметил. Рее удалось вырастить Зевса в пещере на Крите— там за ним ухаживали нимфы, кормившие его медом и козьим молоком; а когда он плакал, то стражи у пещеры ударяли мечами в щиты, чтобы заглушить его крик.[1]


Кронос, очевидно, был, хоть и жесток, но довольно простоват— раз его удалось в конце концов так легко провести. Рея тоже подобралась ему под стать— ради штанов хламиды терпела все эти измывательства над детьми, да еще и продолжала рожать. Какой-то ходячий мясокомбинат для спятившего каннибала и психопата.



Зевс, конечно же, тоже вырос кровожадным: для начала пошел войной на отца, победил его и вызволил из его брюха всех своих братьев и сестер— те вышли из отцовской утробы на редкость целыми и даже повзрослевшими.[2] Но Кронос, по крайней мере, заслужил подобной участи.


Зевс поделил с братьями Вселенную — себе оставил небо и построил свой дворец на высоком Олимпе, “...где ветры не дуют, где дождь не шумит хладоносный, где не подъемлет метелей зима, где безоблачный воздух лёгкой лазурью разлит и сладчайшим сияньем проникнут…”[3]


Посейдон стал править водной стихией, а Аид сделался властелином загробного мира. Однако Зевс, покаравший своего отца за самодурство и маниакальные наклонности, сделался не справедливым правителем, а похотливым сластолюбцем, домогающимся всех, кто проходил мимо: богинь, смертных дев, а также мужиков и животных, к тому же злобным и мнительным. Это он наказал Прометея за ослушание, приковав его к скале Кавказских гор, где строптивый помощник смертных был обречен на вечные муки.


Сын Зевса Гермес сразу родился вором: едва появившись на свет, он немедленно украл клещи у Гефеста, а у Аполлона угнал целое стадо коров, после чего отправился назад в колыбельку, словно невинный агнец. Дионис, другой сынок Зевса, стал забулдыгой и бражником: дни и ночи он упивался и плясал под звуки флейт и кимвалов. А дочь Артемида была необычайно безжалостна: она могла превратить человека в оленя и затравить его собаками.[2]


И выглядели боги тоже  довольно своеобразно: здесь и полулюди-полукони, и львицы с женскими головами, и коровы, и козлы с человеческим торсом,  и люди с козлиными ногами. Сам же Зевс мог превратиться то в быка, то в лебедя, то в золотой дождь. Одним словом, во главе мира в то время стоял сущий зоопарк, а не хотя бы отдаленно эффективные и человекоподобные управляющие Вселенной.


Разумеется, всему этому есть объяснение. Возьмем отца Кроноса Урана, который, по некоторым данным, был рожден богиней земли Геей без участия мужчины, а затем стал ее мужем.[4] По всей видимости, наши древние предки переняли этот  и другие образы у охотников и ранних земледельцев. Ведь именно тогда сложились легенды о женщине-создательнице мира из-за важности ее роли в делах общины, а также о животных-прародителях.


У римлян тоже был свой Кронос— бог по имени Сатурн.



Как, впрочем, и свой Дионис, которого древние римляне почитали под именем Вакх. И раз уж зашла речь о древних римлянах, то здесь не мешает вспомнить римского писателя Петрония, жившего более двух тысячелетий назад, и описавшего нравы римского общества в произведении “Сатирикон”.[5]


Петроний прежде всего высмеял чванливых и больно успешных богатых вместе с их прислужниками, готовыми продать честь и достоинство за сытный обед и удобство— совсем как в наше время! Однако Петроний не забыл и про религию: Места наши до того переполнены бессмертными, что здесь легче на бога наткнуться, чем на человека.”[5]


И правда, древние римляне верили в бесчисленное количество крупных и мелких богов. Был у них и громовержец Юпитер и его супруга Юнона, и Меркурий— вестник богов, и Янус,— не путать с Анусом! — который распоряжался всяким начинанием. Все-таки, похоже, некоторые не совсем удачливые начинатели, скорее всего, иногда обращаются к Анусу по ошибке.


Но, кроме главных богов, у римлян были также боги “второго порядка”. Например, с одним только ростом злаков было связано сразу четыре божества. Пока зерно находилось в земле им заведовал Сатурн; когда оно прорастало — Церера; когда созревало — Флора;  во время жатвы же за ним приглядывал Конс.


Были и “специалисты”, занятые в разных сферах жизнедеятельности людей. Например, при рождении ребенка специальный бог заставлял издавать его первый крик; другой учил первому слову; третий помогал есть и пить; четвертый— спать в колыбельке.


Когда ребенок вырастал и мог выходить на прогулку, его сопровождали четыре богини: две уводили его из дому, и две приводили обратно. Всего же, по древнеримским поверьям, одним только детством ребенка ведало сорок три бога. А если всю эту компанию помножить на количество детей—не могут же одни и те же боги заведовать всеми спиногрызами одновременно— или хотя бы на количество небольших групп, то получится...перенаселение планеты бригадами богов и их клонов.


Впрочем, не только римляне и греки населили мир стадами толпами богов: при раскопках библиотеки ассирийского царя Ашшурбанипала, был найден список ясноликих, которым поклонялись жители древней Месопотамии: в нем насчитывается более двух с половиной тысяч божеств![6]   


Итак, становится понятным почему древние культуры кишат богами, принимающими странные облики зверей и явлений природы, и совершающими далеко не благородные поступки,— дело в том, что Греческий Олимп, как и другие собрания богов, является отражением земного мира со всеми его страстями. И не просто отражением, а отражением фантастическим, в котором представления о жизни земных царей и аристократов, предающихся порокам от избытка свободного времени и жажды острых ощущений, причудливо переплелись с дикарскими легендами о животных— покровителях и предках человека.


Действительно, нельзя же взять и списать животное-покровителя одним махом только на том основании, что объявился новый бог, обнаруживший в себе способность умирать и прорастать из земли следующей весной, как это было принято с богом Осирисом в Древнем Египте. Отсюда и черты животных во многих древних религиях.


Теперь мы видим, что древние люди пытались таким образом объяснить таинственный мир, наделяя героев своих замысловатых представлений определенными чертами и свойствами, присущими тем или иным явлениям природы. А позднее к этим свойствам добавились замашки представителей привилегированных классов.


Однако такие представления ничуть не помогали голытьбе, живущей в голоде и холоде, или рабам, терпящим упреки и побои господ. Если угнетенные и устремляли свои руки к небесам, то вряд ли могли рассчитывать на облегчение, ибо кто бы им его дал— уж точно не вечно пьяный Дионис или вороватый Гермес.


Таким образом с зарождением классовых противоречий в обществе появилась и острая нужда в создании фантастического образа справедливого бога.


Ведь вдобавок к тому, что в древних религиях поклонялись и приносили пожертвования целым шоблам праздно шатающихся жестоких и порочных полуживотных-богов, простым смертным обычно даже не светило оказаться в их обществе после смерти— хотя бы для того, чтобы немного расслабиться после смерти, вкусив амброзии и нектара после всех голодных и холодных мытарств на Земле.


Рассмотрим тот же древний Рим: практически все умершие правители там причислялись к лику богов. Взять для примера почившего в 14 году н.э императора Римской империи, простиравшейся в то время от берегов Атлантического океана до реки Евфрат, Октавиана Августа. Его тело поместили в гроб, водрузили на ложе из золота и слоновой кости и покрыли его дорогим пурпурным ковром. Над гробом установили восковое изображение императора и после прощания предали всё это великолепие огню. Казалось бы, конец.


Но нет, верные слуги и ушлые свидетели,— впоследствие щедро вознагражденные женой Октавиана, —заметили как душа самодержца выпорхнула из гроба и обратилась в орла. Умерший Август специальным постановлением римского сената был провозглашен богом: в его честь были воздвигнуты храмы и избрана коллегия жрецов.


То же самое происходило с каждым божьим императором, правившим до Августа, за исключением, пожалуй, Клавдия, который, по некоторым данным, превратился не в бога, а в... тыкву. Но это, конечно же, редчайшее исключение.[7]


В чем заключался смысл культа императора? С помощью культа представителя господствующего класса обожествлялся и весь общественный строй. Впоследствии, чтили уже не каждого императора как личность, а культ императорской власти в целом. Но если господствующий класс объявил божественной императорскую власть, то народные массы создали другой образ царя и божьего помазанника,— по-гречески “христоса” — посланного на землю, чтобы установить справедливость.


У кого же они позаимствовали этот образ учителя справедливости? Весной 1947 года пастух Мухаммед Диб, бедуин из племени, обитавшего на западном побережье Мертвого моря, случайно наткнулся на пещеру с узким входом. Там он увидел два глиняных сосуда, полных не золота,— увы! — а каких-то старинных кожаных свитков, которые ему не удалось даже сразу и продать. Зато позднее эти свитки из пещеры в Хирбет-Кумран были оценены дороже, чем золото—ими заинтересовались прежде всего ученые, потому что среди рукописей обнаружили самые древние списки книг, из которых состоит Библия. А еще сочинения— до тех пор неизвестные— сектантов, живших в I веке до н.э-I веке н.э на побережье Мертвого моря.


В сочинениях рассказывается об устройстве общин, о их верованиях и обрядах. И среди всего этого встречается повествование об “учителе справедливости”—  помазаннике божьем. Его послал бог, чтобы он “вел людей по пути своего сердца”, однако нечестивые жрецы взбунтовались против него и стремились погубить.[8]


В первых государствах, которые образовались на восточном побережье Средиземного моря в самом конце II тысячелетия до н.э—Израиле и Иудее—тоже поначалу существовал культ животных и растений: там поклонялись богу в образе быка. Кстати, как раз оттуда берет начало идиома “козел отпущения”, поскольку тогда во время празднования Йом- Кипур в жертву богу-тельцу приносили козла, на которого возлагали все дурные дела и поступки, совершенные за год сородичами, а затем прогоняли животное в пустыню. Помимо бога-быка в религии евреев были боги солнца, земледелия, устроители мира и тд.[9]

В VIII-VII вв до н.э древнееврейские государства переживали тяжелые времена. Разумеется, больше всего от этого страдали народные массы: если бедствовали цари, то всем остальным—  не столь успешным и знатным— приходилось затягивать потуже ремни и приносить господам более солидные подати. К тому же к середине VIII века израильскому государству пришлось противостоять ассирийскому войску, после чего государство и вовсе пало.


В эти тяжелые времена появилось много “пророков”, которые самым нелепым образом— оглушением себя пронзительной музыкой, танцами, наркотическими субстанциями и лежанием в грязи по 390 дней кряду—  пытались услышать и донести до масс “слово божье”. При этом они укоряли господствующий класс и порицали жадность и стремление к наживе: “Горе вам, прибавляющим дом к дому, присоединяющим поле к полю…”.[10]


Но кто же мог принести облегчение всем страдающим от нечестивых угнетателей, если даже человекообразный бог невзлюбил им же сотворенных людей за ослушание и прогнал их из рая, не говоря уже о звероподобных самодурах из старинных преданий? Тот самый помазанник, очевидно. Он, как утверждали “пророки”, уже не нуждался в пожертвованиях, а лишь требовал всеобщей любви друг к другу, и чтобы люди творили одно лишь добро…


Вот так постепенно христианство восприняло эту новую идею. Назвав языческим и отвергнув представления о множестве богов, оно учило, что миром управляет единый и справедливый бог.


Впрочем, с единобожием вышла небольшая неувязка. Любому человеку, который знает азы математики должно быть понятно, что когда речь идет о святой троице,—отце, сыне и святом духе— то трудно объявить эту компанию одним богом и рассуждать о единобожии.


Впрочем, и сами богословы слегка запутались с выяснением того, сколько вообще богов есть в христианстве. С одной стороны, бог— один. Вместе с тем их трое. В IV веке н.э церковь охватили бурные споры на эту тему— в это время много епископов было низложено и сослано. Действительно, если быть последовательным, то, как говорил образованный богослов Арий, бог-сын является лишь вспомогательным орудием основного бога-отца. Но эта последовательная точка зрения была отвергнута христианской церковью: его противники заявили, что бог-сын, хоть и сын, тем не менее существовал всегда, и бог-отец его рождал и рождает постоянно—подобно тому, как солнце постоянно излучает свет. Таким образом, бог-сын, хоть и не одно и то же, что бог-отец, но в то же время, он...то же самое.[11]


В общем, мы видим, что так же как при почитании богов-аристократов просочились старые образы богов-животных, в единобожие прорвался старый языческий политеизм— вера в существование нескольких богов.


К тому же святая троица, при всей ее неоднозначности, не является единственным божеством для христиан. Рядом с троицей прочное четвертое—или второе? — место среди почитаемых божеств занимает богоматерь: верующие тешат себя иллюзией, что “заступница” женского пола сможет тоньше понять их страдания и проникнуться участием, поэтому делятся своими горестями перед ее иконами и ставят ей свечки. 


Кроме этого верующие поклоняются святым угодникам: к ним обращаются, чтобы вылечить кого-нибудь хворого, помочь при поступлении в учебное заведение или получении козырной должности, содействовать в поиске суженных, отомстить сопернику, остановить пандемию и тд.


По представлениям верующих, святые угодники— это не люди, которые внесли ощутимый вклад в развитие науки и медицины для борьбы с болезнями; не те, кто посвятил свою жизнь, чтобы дать людям возможность получить образование и заниматься любимым делом; не те, кто стремился избавиться от неравенства и противоречий. Они были людьми, отличающимися терпением и смирением при жизни ради их собственного спасения и вечной жизни на том свете. 


Самые большие шансы на причисление к лику святых имели те “мученики”, которые сумели перещеголять других в какой-нибудь нелепой, изнуряющей и крайне бессмысленной деятельности.


Один, например, сорок лет не мылся, другой жил на болоте и подставлял свое тело комарам для укусов, третий день и ночь стоял на “столпе” и тд. После смерти они вознаграждались за эти их подвиги— вознеслись на небеса и стали управлять судьбами людей. И мы приблизительно видим, что все эти— опять же толпы—  святых делают это так же эффективно, как теперешний господствующий класс. Два тысячелетия, а беды, лишения и болезни так никуда и не перевелись.


И чем же, в таком случае все эти святые угодники отличаются от языческих богов? Например, у египтян есть своя святая Мария по имени Исида с младенцем Гором на руках.[12]



А Георгий Победоносец, поражающий дракона,— это брат-близнец того же египетского Гора. У древних греков тоже есть подобный персонаж— Персей.[13]



Не только христианство, но и многие из существующих ныне религий признают единого бога: мусульмане— Аллаха; иудаисты— Яхве и тд. Но каким представляется этот единый бог? Тот же Яхве, например, проводит свой день следующим образом: примерно три часа сидит и читает законы,— те самые, которые он сам же и создал—потом отводит три часа играм с земными существами— например, с яичком червяка. Затем он играет со своим любимцем— левиафаном, огромной рыбой, на которой держится мир. Ну а по ночам он ревет, как лев.[9] В общем, единому богу тоже, похоже, невдомек, что на земле страдают и голодают люди. Да и зачем ему это знать, если всем сиволапам уже пообещали покой и счастье после смерти.


Подведем итог: древние боги были жестокими сумасбродоми—они совершали низкие поступки, наказывали за малейшее непослушание и требовали жертвоприношений. Прошли столетия, появились новые религии, проповедовавшие “добродетель” и учившие, что миром правит единый справедливый и милосердный бог. Однако появление в фантазиях людей единого и справедливого бога так и не избавило их от несправедливости irl в реальной жизни. Было бы, пожалуй, странно…


Итак, надеюсь, что приведенные здесь примеры из легенд, сказаний и писаний дают вполне ясную картину того, как зарождалась, развивалась и изменялась религия. И если задать себе вопрос о роли религии в жизни человеческого общества, то ответ, увы, будет недвусмысленным— несмотря на историческую неизбежность возникновения верований и предрассудков, порожденных недостатком знаний и бессилием перед окружающей природой, их влияние на жизнь человека было всегда отрицательным.


В первобытном обществе ложные воззрения и магические обряды отвлекали и отнимали у людей много времени, ресурсов и энергии в и без того трудной борьбе за выживание. Когда зародилось классовое общество именно религия оправдывала существующие земные порядки: она объявляла божественной царскую власть, и только знать имела доступ в загробный мир для получения вечного  блаженства. С обострением же классовой борьбы возникла новая религия, лицемерно учащая добродетели и призывающая верить в доброго бога. На деле же она отстаивает позиции господствующего класса и заботится о том, чтобы удержать в повинности всех угнетенных и порабощенных, пообещав и им для полного счастья пропуск в призрачный загробный мир сомнительного блаженства. Вот поэтому религия— это не что иное, чем опиум для усыпления и отказа от отстаивания своего права на достойную жизнь...на этом свете.      


1.theoi.com/Titan/TitanKronos.htm

2.Н.А.Кун Легенды и мифы Древней Греции, Государственное учебно-педагогическое издание Министерства Просвещения РСФСР, 1957 г

3.Гомер. Одиссея. Перевод В.Жуковского, Собрание сочинений В. Жуковского. — 6-е изд. — СПб: Типография Императорской академии наук, 1869 г

4.terramarina.okis.ru/geja_uran_1.html

5.Петроний. Сатирикон, Книгоизд “Заря”, Москва, 1913 г

6.Taylor, Jon The Ashurbanipal Library Project at the British Museum, Law and (Dis)Order in the Ancient Near East, Penn State University Press, 2021-02-21

7.bbc.co.uk/history/ancient/romans/roman_religion_gallery_06.shtml

8.imj.org.il/en/wings/shrine-book/dead-sea-scrolls

9. А. Каждан. Единый и всемогущий. Всесоюзное учебно-педагогическое издательство “Трудрезервиздат”, 1958 г

10.pravlife.org/ru/content/6-groznyh-preduprezhdeniy-proroka-isaii-kotorye-neobhodimo-znat-slova-probuzhdayushchie

11.britannica.com/topic/Arianism

12.50treasures.divinity.cam.ac.uk/treasure/isis-child-horus/

13.catchpenny.org/slay.html
Опубликовано на zen

Tags: история, религия
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 17 comments